Он часто бывал у меня и хорошо знал карая. И пес узнал его, вяло шевельнул хвостом и отвернулся.

Смотрел он только на меня. Когда мимо провели овчарку, он даже не взглянул в ее сторону. Разговор с приятелем не клеился мы обо всем уже успели договориться по телефону. С фонтанки тоскливо задувал холодный ветер.
Гремело где то на крыше железо. И уже не дождь, а снежинки покалывали наши щеки. Он этого не любит. Скажи по хорошему, и он все сделает. За сына не беспокойся карай никогда маленького не обидит, наоборот, он защищает детей даже от родителей.
Я видел, как у карая от напряжения шевелятся уши, он внимательно прислушивался к нашему разговору на лбу собрались глубокие складки. Я всегда помнил, что карай знает очень много слов. Конечно, он сейчас все понял а может быть, и еще раньше, когда я говорил о нем по телефону.
Я нагнулся к нему и зарылся лицом в мягкую шерсть на шее он мелко мелко задрожал. И эти десять метров были невероятно длинными и трудными. Он не пошевелился, не сделал и шага за мной. Только его точеная голова с блестящими влажными глазами медленно поворачивалась мне вслед. Я шел и чувствовал себя предателем.
Я решил больше не оборачиваться, невольно ускорил шаги. Лишь из такси я решился посмотреть в ту сторону карай стоял все в той же позе и не спускал глаз с машины. Казалось, до последнего момента он не верил, что я сейчас уеду… потом приятель рассказывал, что, как только машина ушла, карай поднял голову и посмотрел ему в глаза.
И этот долгий взгляд поразил его прямо таки человеческой тоской и болью приятель утверждал, и я ему верю, что в глазах собаки стояли слезы. И с того вечера, всякий раз выходя с кем нибудь из семейства композитора на прогулку, карай первым делом бежал на то место, где стояла машина, и тщательно обнюхивал асфальт… пришла весна и мы с караем покидаем ленинград! Еще деревья не распустились, на ветвях лишь вспухли пахучие почки, готовые с минуты на минуту взорваться нежной клейкой листвой. Раскололось над крышами зданий хмурое ленинградское небо, и в ярких голубых прорехах заплескался солнечный свет.