Скотт уставился на ханну, но по прежнему ничего не говорил. Ну вот, я вижу, вы вспомнили её. Да и как не вспомнить того, кто однажды пытался убить тебя, не так ли? Ханна смотрела на скотта умоляющим взглядом.
Как трогательно, моя дорогая, что он простил тебя. Вот только боюсь, что у меня не такая отходчивая натура, как у него. Генерал повернулся к подбежавшему майору сайду и, внимательно выслушав его доклад, сделанный шёпотом, стал нервно постукивать хлыстом по своему длинному голенищу. Ты дурак! Заорал он и неожиданно стеганул майора хлыстом по лицу.
Повернувшись к скотту, он сказал, как ни в чем не бывало похоже, что ваша встреча с друзьями ненадолго откладывается, поскольку еврей с курдским изменником сбежали, хотя полковник крац сидит у нас под замком. Но это лишь дело времени, пока мы их поймаем. Когда вы узнали? Спокойно спросила ханна.
Он контролирует положение на ближнем востоке значительно шире, чем делали это горбачёв в советском союзе, тэтчер в англии или буш в америке. Я спрашиваю себя, многие ли на западе продолжают считать, что войну в заливе выиграли союзники? Но вы, милочка, недооценили также и его племянника, абдула канука, который теперь назначен нашим новым послом в париже.
Очевидно, он не так уж глупо поступил, когда сопроводил вас до самой квартиры вашего любовника и простоял всю ночь в подъезде дома напротив, прежде чем вернуться вслед за вами в посольство. Это он проинформировал нашего посла в женеве о том, кто такая мисс саиб. Конечно, нам нужны были другие доказательства, поскольку наш заместитель министра иностранных дел никак не мог поверить в то, что говорили об одной из самых преданных его сотрудниц.
Что полковник крац не сказал вам в вашей школе в хезлии, мисс копек, так это то, что вы уже семнадцатый агент моссада, который пытался проникнуть в наши ряды за последние пять лет, и всем им был уготован такой же трагический финал, который вот вот постигнет вашего полковника. И вся прелесть этого финала в том, что нам даже не приходится признавать, что мы убили того или иного из вас, так как после энтеббе и эйхмана сам израиль отрицает, что у него есть такие, как вы.
Я уверен, что вы оцените мою логику, профессор. Я хочу предложить вам сделку, сказал скотт. Я в восторге от вашей западной этики, профессор, но боюсь, что вам нечего предложить мне.
