Горожане частенько ходили туда и тайком от немцев выкапывали ее. Женщины вернулись в полдень без мешков, в полуобморочном состоянии. В тот день я впервые узнал о систематических массовых расстрелах у багеровского противотанкового рва.
Словно черная туча опустилась на город. Нельзя было выйти из дому, чтобы не натолкнуться на какую нибудь страшную сцену. На повешенных, которые до сего времени качались в сквере, жители перестали обращать внимание. Куда страшнее было видеть лица живых людей, которых вылавливали немцы, везли, тащили, гнали на расстрел.
Лидия николаевна, проходя мимо городской больницы, видела, как немцы вытаскивали оттуда людей в одном белье, волокли их по снегу и грязи, бросали на грузовики и прямо из больницы везли к багеровскому рву. Я как то проходил по улице энгельса. Меня обогнал открытый грузовик. В нем сидело несколько человек мужчины, женщины и мальчик лет четырнадцати. Взрослые сидели с понуренными головами, они словно окаменели.
Мальчик же, как пойманный зверек, все вертелся, ловил взглядом прохожих, видно по детски еще на что то надеялся. Когда он взглянул мне в глаза, я оцепенел. Не знаю, увижу ли когда нибудь в жизни что либо страшнее этих умоляющих детских глаз. Машину охраняли двое полицейских с винтовками.
Вдруг одна женщина выбросилась из машины на мостовую. Грузовик резко затормозил.
К счастью, поблизости не оказалось немецких солдат. Люди молча, сурово смотрели на полицая предателя и незаметно сжимали его в кольцо. Было очень тихо. Только ворчал грузовик и истерически кричала арестованная люди добрые! Они убивать нас везут! За что? Вдруг пожилая женщина упала между арестованной еврейкой и полицейским.
Несколько человек бросились поднимать ее, оттолкнули полицейского. В это время мальчик выскочил из машины и исчез в развалинах домов. Охранник, сидевший в машине, поднял крик.
