Может быть, еще ничего не случилось. Маг жил в одной из самых живописных долин тонких миров. Зал под сводом полукруглого, прозрачного изнутри купола на берегу зеркального горного озера обычно пустовал, потому что маг предпочитал вызывать вещи по мере надобности и убирать их, когда потребность в них отпадала.
Но сейчас посреди зала стояло просторное квадратное ложе с облачно мягкими подушками, с полупрозрачными покрывалами. Маг по небрежности не убрал его в небытие, отправляясь в последнюю прогулку. Это было хорошо.
Маг слишком устал, чтобы вызывать сейчас что нибудь заново. Он растянулся на ложе посреди скомканных покрывал, закинул руки за голову и закрыл глаза. Теперь можно было расслабиться и отдохнуть, побыть немного ни о чем не думая.
Однако мысли не желали покидать его. То, что прошлая ночь оказалась ночью семнадцати лун, было для него неприятной неожиданностью.
Теперь ему было очевидно, что вызванная к проявлению божественная искра потребует неотрывного внимания по меньшей мере до конца этого дня единого. Плохо это было или все таки хорошо? В конце концов, творцам давно не подворачивалось по настоящему сложных задач.
Издавна считалось, что божественной искрой под силу распоряжаться только единому, но раз уж так вышло, почему бы не заняться ей самим? Маг не собирался уклоняться от ответственности за глупую шутку, он был согласен присмотреть за зверюшками рыжего, если его заставят расхлебывать ее последствия. Но какими они окажутся, он пока не мог представить, как ни пытался. В его ушах раздался сигнал вызова.
Поговорить нужно, послышалась мысль геласа. Заходи, разрешил маг, понимая, что бессмысленно откладывать этот разговор. Приоткрыв один глаз, он стал наблюдать, как гептаграмма портала засветилась белым и в столбе золотого света появился воин. На этот раз возмущение на лице геласа почти исчезло под озабоченностью.
В чем дело? Спросил он вслух. Мог бы сначала предложить сесть, хмуро изрек гелас. Я думал, ты ненадолго.
