Анастасия чуть слышно застонала и обняла хока, чувствуя ладонями, как напрягаются мышцы у него на спине, как его охватывает желание. Он все сильнее сжимал ее в объятиях, прижимая к груди, как если бы ему хотелось слиться с любимой в одно целое.
Она откинула голову на сгиб его локтя и снова застонала, когда он принялся покрывать горячими поцелуями ее нежную шею. Широко открытыми глазами анастасия смотрела в небо над головой, на мерцающие в темной бездне звезды и серебристый диск полной луны, но очень скоро забыла обо всем, потому что ласки и поцелуи хока захватили ее всю, заставив откликаться на каждое прикосновение рук и губ возлюбленного. Он что то пробормотал и начал расстегивать на ней одежду. Анастасия настолько разомлела в его объятиях, что была не в состоянии помочь ему справиться с пуговицами и застежками, желая лишь одного чувствовать его ласки, познавать его тело и раскрываться, раскрываться и раскрываться навстречу его любви. Глухо выговорил хок.
Почему ты мне не поможешь? Я не могу. Искреннее отчаяние в его голосе слегка отрезвило анастасию, и она зашевелилась, не меньше, чем он, желая полноты соприкосновения их тел. Дело продвигалось медленно, потому что руки влюбленных постоянно сталкивались, спеша к единению, которого оба страстно желали поскорее достичь. Но наконец одежда отброшена в сторону, следом за ней последовали ботинки, из прически извлечены заколки, и волосы серебристо золотой волной рассыпались по обнаженным плечам.
Хок со стоном зарылся лицом в этот мягкий пушистый поток. Сегодня, стейси, ты меня до смерти напугала.
Я сомневаюсь, что смог бы продолжать жить без тебя. Только и смогла выговорить анастасия, прижимая его голову к своей груди и покрывая макушку жаркими частыми поцелуями. Прости меня за то, что доставила тебе столько беспокойства, но мне так хотелось быть рядом с тобой во всем. Я не хочу все время прятаться у тебя за спиной, мучаясь вопросом, жив ли ты. Каково бы мне было, если бы ты не вернулся, а я не знала, почему? Он поднял голову и посмотрел ей в глаза долгим взглядом, потом вздохнул и ласково и благодарно поцеловал ее. Я все понимаю, милая, но я все равно всегда буду защищать тебя, охранять, оберегать от любых неприятностей.
Назови это как хочешь. Как и я тебя, любимый. Он кивнул и ласково погладил ее по щеке. Ты мне безумно, бесконечно дорога.
Я обязан был довезти тебя к хопи живой. Похоже, с тех пор у меня в душе и засел страх потерять тебя и остаться в одиночестве.
Анастасия, чувствуя, как глаза ее наполняются слезами, с нежностью поцеловала его в губы. Знаешь, хок, я почти перестала ненавидеть эту проклятую войну, которая отняла у меня мою прежнюю жизнь, потому что, не будь ее, отец никогда бы не приехал в аризону, а мы с тобой никогда бы не встретились.
