Хамид аль обайди. Свой следующий шаг аль обайди обдумывал с особой тщательностью. Если он решит ничего не предпринимать, его действия опять же должны выглядеть обычными и не выходящими за рамки полученных указаний. Малейшее отклонение от заведённого порядка в городе, который кормился слухами и паранойей, и на верёвке будет болтаться он, а не двоюродный брат саддама.
Аль обайди посмотрел на второй пункт в своём списке, позвонил секретарше и велел ей соединить его с генералом сабаави аль хассаном, занимавшим пост начальника госбезопасности, на котором за последние семь месяцев сменилось три человека. Генерал ответил сразу же, подтверждая тем самым, что у иракского режима было больше генералов, чем послов. Посол, доброе утро. Я сам собирался позвонить вам. Нам нужно поговорить, прежде чем вы отправитесь на новую должность в париж. Вы угадали мои мысли, сказал аль обайди.
Я не имею понятия, кто представляет нас теперь в европе. Прошло уже много лет с тех пор, как я служил в этой части мира. Честно говоря, у нас там слабовато. Многие наши лучшие люди оказались выдворенными, включая даже так называемых студентов, на которых мы всегда полагались в прошлом.
Когда бы вы хотели, чтобы я подъехал и встретился с вами? Вы свободны сегодня с четырех до пяти часов дня? Генерал помолчал, прежде чем ответить я смогу подъехать к вам около четырех, но должен буду к пяти вернуться в свой офис. Как вы думаете, этого времени будет достаточно? Я уверен, что вы сможете проинструктировать меня по всем вопросам за это время, генерал. Выполнив очередную формальность, аль обайди положил трубку. Третьим в его списке стоял тот, с кем блефовать будет труднее.
Поэтому следующие несколько минут аль обайди репетировал свои вопросы, прежде чем набрать внутренний номер. На его звонок ответила мисс саиб. У вас какой то конкретный вопрос к заместителю министра? Спросила она. Нет, ответил аль обайди. Я звоню по его просьбе.
Мне полагается небольшой отпуск в конце недели, и заместитель министра дал ясно понять, что хочет проинструктировать меня, перед тем, как я займу новую должность в париже. Я перезвоню вам, как только у меня будет возможность обсудить вашу просьбу с министром, пообещала мисс саиб.
В течение следующих сорока восьми часов ему придётся решить, в каком направлении он должен отправиться. Первый вопрос, который крац задал скотту по пути из кальмара в стокгольм, был о том, что означали цифры Скотт с трудом стряхнул с себя сон, в котором он спасал ханну на белом скакуне, и вернулся в реальный мир, казавшийся гораздо менее обещающим. Четвёртое июля, ответил он. Какой ещё день мог выбрать саддам, чтобы унизить американский народ, не говоря уже о его новом президенте.
Теперь мы хоть знаем свой крайний срок, сказал крац. Да, но у нас остаётся всего одиннадцать дней, ответил скотт. Как ни крути.
