Они все так поступают? Как правило, в этих районах. Гелас указал на среднюю часть плотного мира. За остальными я пока не замечал такого.
За всеми не уследишь, понимающе кивнул маг. Видимо, это одна из людских особенностей, как и производство грязеедов. Может быть, ты спустишься вниз, в плотное тело, и узнаешь, чем они при этом руководствуются? Воину явно понравилось, как маг справился с предыдущей задачей.
Все таки для тебя это не в новинку. Чем руководствовались люди, убивая своих сородичей, маг уже знал. Убийства на войне не требовали разъяснений. Но почему люди считали, что кровавая жертва может задобрить геласа, было непонятным. Чтобы у них сложилось такое мнение, в ответ на жертву нужно было получить что то полезное, а маг, разумеется, не подозревал рыжего в таких подачках.
Не за жертву, а из за их бедственного положения? Уж не за дурака ли ты меня считаешь? Возмущенно взглянул на него гелас. По правде говоря, мнение мага было довольно близким к этому. Я вообще стараюсь не вмешиваться в жизнь людей, с которыми не поддерживаю контакта, а тем более в подобных случаях. Должно же у них откуда то взяться такое мнение, начал рассуждать маг, не на пустом же месте оно сложилось. Возможно, они так сводят счеты, но если бы жертва не оправдывалась, она не получила бы общей поддержки. Должно же быть какое то практическое объяснение… вот именно, поддержал его воин.
Поэтому я и хочу, чтобы ты разобрался с этим прямо на месте. Опять туда? Передернуло мага. Лучше уж я посижу на твоей колеснице, а ты сам туда слетаешь. Кое кто, между прочим, недавно прогулял уйму местного времени, ехидно напомнил воин.
Нужно же кому то иметь общее представление о его развитии. Маг вынужден был признать, что для этой цели лучше всего подходил исполнительный воин. Ни у кого другого просто не хватило бы усидчивости. Ладно, спущусь, вздохнул он.
На этот раз маг предпочел остаться в тонком теле. Невидимый, он спустился в указанное геласом поселение и повис над толпой собравшихся на жертвоприношение людей. Они столпились перед сооружением, внутри которого маг разглядел грубо сделанную скульптуру местного идола. Это было небольшое селение на берегу пересохшей от летнего зноя речушки.
