Навсегда мне запомнился этот невеселый день. Пароход уходил в одиннадцать. Последние перед разлукой пасы мы с женой просидели в пустых стенах моей явочной квартиры. Я даже проводить ее не мог.
Лишь издали услышал гудок парохода. Пожалуй, это были самые тяжелые минуты, какое то полное прощание с прошлым. Была семья, дом, хорошая, налаженная жизнь и вдруг все это поглотила война. Сижу один за пустым столом, в чужой квартире, с фальшивыми документами… думаю, у каждого бывает момент, когда остро и безошибочно ощущаешь в себе рождение нового чувства, той страшной силы ненависти, которая нарастала потом с каждым днем.
Да, пожалуй, не знаю, прошла ли она и теперь, эта ненависть. Может ли она полностью пройти после всего того, что каждый из нас видел и пережил! Сложив в чемодан свои небогатые пожитки, а инструмент в вещевой мешок, я отправился на новую квартиру. На работу в рыбакколхозсоюз я выходил во время, просматривал отчеты колхозов, делал выписки, как заправский диспетчер. Это время я проводил на своей явочной квартире и встречался с нужными мне людьми. Начали приходить от сироты коммунисты, намеченные горкомом для подпольной работы, но почти никого из них я не решился использовать.
Я сказал сироте, что эти люди очень хороши для партизанских отрядов, но в керчи их оставлять нельзя. В лучшем случае их отправят на работу в германию, но, как советский актив, они легко могут попасть и в гестапо. Давай малоизвестных людей, постарше возрастом. Совсем нет женщин, а их нужно побольше.
И не обязательно, чтобы все были коммунисты. Очень желательно привлечь беспартийных патриотов. Я обратил внимание сироты и на то, что мне особенно нужны специалисты гравер, наборщик, радист, машинистка. Охотно согласилась остаться в подполье беспартийная наборщица никишова. У ее родителей был свой дом на окраине города, работала она в типографии. Я поручил ей теперь же на всякий случай приготовить немного шрифта. А вот с комсомолкой работницей швеей полей говардовской мне пришлось поспорить.
А я думаю, что немцы со всеми советскими людьми расправляются одинаково. Пришлось ей уступить. По внешнему виду она больше была похожа на армянку.
Мы договорились, что сделаем ее по паспорту армянкой. Родные ее мать и сестра эвакуируются, ей мы достанем швейную машину, и она будет работать на дому портнихой. Я встретился с пахомовым, высоким смуглым человеком с резкими чертами лица. Каменоломни пахомов знал прекрасно и подробно о них рассказал каменоломни находятся на глубине от пяти до двадцати пяти метров.
