Она подобрала плоскую гальку и запустила вдоль самой поверхности воды. Камень зашлепал по воде, образуя на ней вереницу кругов. У кого получится больше кругов. Я не умею, сказал маг.
Я научу тебя. Нимфа выбралась на самый край воды и уселась рядом с ним, подобрав под себя хвост. Бери камень. Они смеялись и кидали камни, смеялись и подсчитывали круги. Наконец маг сказал, что ему пора уходить.
Нимфа огорчилась, но затем пожелала доброго пути и попросила приходить еще. Можно было бы посмотреть в хрониках акаши, кто ее творец, но маг не стал этого делать. Пусть будет ничья. Когда он вернулся в аалан, там прошло уже несколько дней. Маг вспомнил, что время тартара было одним из самых быстрых в проявленных мирах. Зря он туда сунулся тартар был подходящим местом только для любителей убивать время.
Да и гелас, наверное, рвет и мечет оставшись без помощника. Однако вместо того, чтобы предаться вполне обоснованным угрызениям совести, маг почувствовал, что на его губы сама собой наползает проказливая усмешка.
С нимфой играл в камешки. Рыжий остолбенело уставился на него, но не сказал ничего кажется, у него отнялся язык. Пожалуй, не следовало подвергать такому испытанию его чувство несерьезного. Не обращай внимания, это я так, поправился маг. Я, кажется, узнал, откуда здесь взялось столько грязеедов.
Но это еще нуждается в дальнейшей проверке. Говори, поощрил его воин. Проверим! Маг рассказал ему, при каких обстоятельствах наблюдал порождение человеком нового грязееда.
Поселки разрослись в города, окруженные мелкими деревеньками, к которым тянулись дороги, появились ремесленные и торговые сооружения. Развитие некоторых рас приближалось к стадии, на которой воин в прошлый раз принял решение о наводнении. А как они ведут себя теперь? Спросил маг, указав на эти расы.
Точно так же, поморщился воин. Видимо, в тот раз я не упустил ничего это закономерный ход их развития. Они по прежнему убивают своих.
