Гриша шел впереди нас метров на двадцать, держа пистолет наготове. На повороте дороги он останавливался, осторожно всматривался вперед и, сделав нам знак следовать за ним, шел дальше.
На одном из поворотов он дал нам знак укрыться в лес. Противник! Проговорил он, подбежав к нам. Обойдем ка его тихонько. Углубившись в мелкий орешник, мы свернули налево и, прячась за кустами, тихо пошли параллельно дороге, по которой навстречу нам двигались оккупанты.
Когда голоса затихли, мы снова вышли на знакомую дорогу и, прячась за деревья, продолжали наш путь. Лес становился реже, пролеты увеличивались, и, наконец, впереди себя мы увидели широкую степь. Залегли, ожидая, когда стемнеет. Ну, ребята, шопотом предупреждал нас гриша, лес кончился.
Противник особенно бдительно охраняет эту дорогу, чтобы не выпускать нас из леса. Будьте настороже. Не кашлять и не курить.
Тут, имейте в виду, очень опасно. Когда стало совсем темно, мы вышли на знакомую нам дорогу и снова гуськом зашагали по направлению к феодосийскому шоссе. Кругом было тихо, небо звездно. Небольшой встречный ветер хорошо освежал нас.
Сердца тревожно колотилось. Впереди шел гриша, за ним женя и я.
Мы падали на дорогу и следили за ними. Одни ракеты, быстро взлетая вверх, превращались в огневой фонтан, освещая окрестность. Другие повисали в воздухе, ослепляя, как большой электрический фонарь. Огни потухали, мы с минуту еще оставались лежать. Потом поднимались и быстро шли дальше.
В это время я не думал, дойду или не дойду. Все мои мысли были целиком поглощены самим процессом движения. Послышался конский топот. Мы сбежали с дороги и залегли в ковыль.
