То был лагерь штаба северного соединения. Приоткрыв плащ палатку дверь большого шалаша, гриша отрапортовался товарищ командир соединения, ваше задание выполнили. Из шалаша выскочил павел романович, за ним луговой.
Мы расцеловались. Я начал было рассказывать о наших провалах. Потом, потом! Перебил меня павел романович. Позавтракай с нами, отдохни. Радировали в обком и решили тебя забрать, пока не поздно. В просторном шалаше метра в два с половиной высотой, устроенном из жердей, с небольшим отверстием для дыма, с очагом посредине, стояли по бокам три койки из хвороста. Кроме павла романовича и лугового, здесь жил помощник командира по войсковой разведке.
Небольшой ящик служил столом, за которым мы и уселись кто на койку, кто на обрубках деревьев. Миша нажарил конины с картошкой. Но есть я не мог кусок застревал в горле. Слезы навертывались и от радостной встречи с друзьями и от тяжелых дум о наших подпольщиках, попавших в гестапо. В лесу, среди друзей, я почувствовал себя, как дома. Выстрелы уже не производили на меня никакого впечатления.
В краснодаре находился крымский обком партии. Но мое путешествие на большую землю задержалось. Погода изменилась, повалил снег, начались бураны, казалось снова наступила зима. Из за плохой видимости и глубокого снега самолеты не могли приземлиться.
Я даже обрадовался этому обстоятельству очень уж не хотелось мне уезжать. Из пришедших с нами подпольщиков все боеспособные мужчины и женщины были зачислены в отряды, а остальные поселились в гражданском лагере. Мы с павлом романовичем подробно обсудили положение в симферополе, подсчитали сохранившиеся там силы. В городе осталось еще много подпольщиков. Нужно было установить с ними связь и направлять их работу.
Иногда нужны годы, чтоб распутать все нити таких предательств. Ребята вернулись на шестой день. Они привели из города еще двадцать два подпольщика, в том числе и свои семьи.
Из города мы получили новое тяжелое сообщение. После нашего ухода в лес были арестованы филиппыч и вася сапожник со своими семьями. Выяснилось, что на третий день после нашего ухода в лес и ко мне на квартиру явились гестаповцы. Подробно расспрашивали обо мне у соседей, забрали мой ящик с двойным дном.
