Отойдя на безопасное расстояние, он взмахнул руками. Воздух из пещер выплеснулся наружу, затем рванулся внутрь плотной ударной волной. Гора дрогнула, с потолка пещеры посыпались камни. Бегущий за ветром повторил воздушный удар.
Раздался оглушительный грохот, склон горы заметно просел, из подземелья вырвались клубы мельчайшей каменной пыли, следом за ними наружу выкатились каменные обломки. В лагере герцога кранцера у подножия горы люди повыскакивали из домов и палаток, закричали от испуга, заметались взад и вперед. Видимо, они решили, что демоны перешли в контратаку.
После того, как пещеры привидений обрушились, бегущий за ветром некоторое время стоял и смотрел на заваленные камнями входы, словно все еще надеялся, что оттуда покажется наринда верхом на единороге. Но этого не произошло. Волшебник повернулся спиной к уничтоженному входу в мир ульвов и легко зашагал вниз по дороге к лагерю герцога кранцера.
Сквозь него едва только начали пробиваться первые лучи восходящего солнца. Человек, сидевший на корме небольшой лодки, не мог разглядеть даже ее носовой оконечности, не говоря уже о том, чтобы увидеть берега озера. Впрочем, человек и не стремился что то рассмотреть сквозь сплошную туманную завесь. Казалось, он просто дремал, с ног до головы закутавшись в шерстяной плед и натянув на самые уши мягкую широкополую шляпу.
Пара удочек, выставленных с обоих бортов лодки, вполне однозначно указывали, зачем человек в столь ранний час находился посередине озера. Внезапно человек встрепенулся, поднял голову и словно к чему то прислушался. Это действие могло показаться странным, так как туман не только закрывал обзор, но и заглушал любые звуки. Неподвижные поплавки на воде также вряд ли привлекли внимание человека. Тем не менее, он распрямил плечи, скинул с себя плед и принялся выбирать свои снасти.
Это была деревянная пристань, вернее мостки, установленные на сваях. Человек ловко заработал веслами в разные стороны, и вскоре лодка мягко прикоснулась бортом к пристани. Человек привязал лодку к специальному колышку, вынул весла из уключин и положил их на дно лодки вместе с удочками. Затем он легко вскочил на настил пристани и направился к берегу.
Судя по тому, что, кроме пледа, с собой человек не нес никакой другой поклажи ни мешка, ни корзины этим утром рыбацкое счастье ему не сопутствовало. Тем временем солнце поднималось все выше и выше, его свет и тепло разгоняли туманную мглу. Уже можно было разглядеть, что дощатый настил пристани на берегу переходит в дорогу, ведущую к двухэтажному дому, сложенному из толстых бревен.
