Некоторые уверенно говорили, что третью зиму в лесу голодать не придется и что двадцать шестую годовщину октябрьской революции они будут встречать в симферополе. Зашел разговор и о том, что с приближением фронта в крыму возрастает ответственность партизан, надо активизировать подрывную работу в немецком тылу, смелее уничтожать немецкие коммуникации и гарнизоны и ни днем, ни ночью не давать противнику покоя. А как у вас с пополнением? Спросил павел романович лугового. Пополнение прибывает и из гражданских и из военнопленных.
Вот познакомьтесь бэлла, он указал на молодого красивого парня в кожаной куртке. Недавно он ходил в симферополь и вернулся оттуда на грузовой машине с пятнадцатью словаками. Скоро мы из словаков самостоятельный отряд организуем. Они хорошо дерутся. А за голову бэллы немцы назначили пять тысяч марок. Спросил павел романович у бэллы.
Тот говорил по русски неплохо, короткими рублеными фразами. Немцев наши не любят. Немец боится словаков. Много словаков хотят в лес, только дороги не знают. Бэлла скоро опять пойдет в симферополь за пополнением, сказал федоренко, командир второго отряда. К столу торопливо подошел связной и доложил луговому товарищ командир бригады, недалеко от лагеря показалась группа противника на лошадях.
Прямо к штабу. Поднялся федоренко. Товарищ командир, разрешите проучить? Разрешаю. Румын, если сдадутся, привести в лагерь.
Самые опасные и дерзкие налеты на противника поручались федоренко, и отряд возвращался всегда в лагерь с трофеями и без потерь. Со всех сторон сбегались к федоренко его молодцы комсомольцы. На ходу застегивая гимнастерки, затягивались ремнями и осматривали автоматы и пистолеты.
Группа выстроилась. Федоренко подошел к луговому. Товарищ командир бригады, отряд готов к движению.
Хорошо. Ждем с трофеями.
