Поезжай к ребятам, ведь они одни. И в тылу тоже нужны люди. В конце концов так и договорились.
Я пошел в обком партии и выразил желание остаться в крыму на подпольной работе. Секретарь областного комитета владимир семенович моему предложению явно удивился товарищ козлов, да вы же только что из больницы! У вас с глазами очень плохо. Да и вообще здоровье… мы вас для эвакуации наметили. Я понял, что и секретарь считает меня, старика, инвалида второй группы, уже непригодным для такой работы, и это меня больно задело. Если хотите знать, именно мой возраст и болезнь помогут мне замаскироваться лучше, чем человеку молодому и здоровому… кроме того, на каторге я изучил немецкий язык, а в году, когда мне удалось бежать из сибирской ссылки, я попал в германию, несколько месяцев прожил там и познакомился с немецкими нравами и порядками.
В году я столкнулся с немецкими оккупантами на украине уже на подпольной работе, а в году, во время деникинщины, был секретарем харьковского губернского подпольного комитета партии. Видите, мне больше чем любому другому подходит работа в немецком тылу. И обком партии решил мою просьбу удовлетворить. Предстоящая работа захватила меня целиком. Я вспоминал организационное построение подпольной организации, методы нашей работы в царской россии, во время гражданской войны и интервенции.
Хамелеонов окажется немало. Нужно не забывать это, чтобы перехитрить врага.
Законспирироваться необходимо было задолго до возможного прихода немцев. В симферополе меня слишком многие знали в лицо, вот почему я решил переходить на нелегальное положение в керчи.
В последние дни беспокоила меня мысль, которую я стеснялся высказать жене. Ясно представляя себе всю опасность работы в фашистском тылу и тяжело переживая разлуку с семьей, я хотел чем то закрепить нашу долголетнюю, дружную и хорошую жизнь.
Но как сказать об этом жене? Если сказать, что это необходимо для оформления получаемой мною персональной пенсии в случае моей гибели, она встревожится и обидится. Подумает, что к смерти готовлюсь. Ломал, ломал я голову и неожиданно для самого себя выпалил знаешь что, циля? Давай поженимся.
