Ты знаешь, что меня зовут иса? Досадное совпадение оно мешало воспоминаниям. Карие глаза мужчины рассматривали мага, в них нарастало напряжение. Да, я откуда то знаю тебя, пробормотал он. Ты… ты… лукавый? Лукавый, подтвердил маг, усмехаясь про себя вот, оказывается, как его называла жрица.
Кое кто звал меня и так. Но чаще меня звали скрытным. Или светоносным. Помню, снова пробормотал мужчина. Что то помню… я недолюбливал тебя… ты смутьян и выскочка, который делает все назло другим.
Который обожает смеяться над другими… который вечно вносит во все беспорядок, вечно всем недоволен и ставит все с ног на голову… нет, я не любил тебя. Хорошенькое же мнение сложилось о нем у жрицы! Маг напомнил себе, что честно заслужил его. Но, откровенно говоря, оно могло бы быть и получше. Рад, что ты вспомнила меня, сказал он. Теперь осталось еще немного вспомни себя.
Нас властей, последнее собрание, воина, судью все они ждут тебя. Император послал меня за тобой. Он протянул мужчине руку. Оставь это тело, хриза, вспомни себя, идем со мной! Ты взялась за безнадежную задачу, у тебя все равно ничего не выйдет, ты только погубишь себя так идем же со мной! Мужчина отшатнулся от протянутой руки. Я не верю тебе, лукавый! Ты никогда не знал ни добра, ни милосердия.
Он гневно глянул на мага. Ты хотел отвратить меня от благого дела, но ты просчитался! Это у тебя ничего не выйдет! Драгоценные мгновения, когда он прислушивался к словам мага, были безвозвратно упущены. Было очевидно, что теперь он уперся на своем и ничего не захочет слушать. Маг хорошо знал, какой упрямой иногда бывала жрица.
Человек уходил из пустыни, укрепившись в своем намерении. Он победил зло, он преодолел искушение, он осознал свое призвание.
Он был мессией, он был призван спасти этот мир от заблуждения, очистить его от скверны. Ноги сами несли его вперед. Он спешил к людям, провожаемый горьким взглядом творца.
