Нужно немедленно пресечь все виды человеческого творчества, заявил тот. Все переглянулись. Как вы это представляете себе? Поинтересовался маг.
По закону единого нам запрещено любое насильственное вмешательство. Остальные, кажется, облегченно вздохнули маг задал вопрос, который не посмели высказать они. Разумеется, это нужно сделать неявно, хмуро глянул на него император. Через самих людей, разумеется. Он перевел взгляд на жрицу удобнее всего осуществить воздействие через этих… последователей твоего учения.
Их много, они активны и пользуются большим влиянием, они находятся в местах наибольшего развития человеческой популяции. Их отношение к творчеству мало расходится с требуемым… но это они создали ад! Перебила его императрица. В таком виде, как он есть, ад нам не мешает, терпеливо ответил император. Главное, чтобы он не менялся. Главное, чтобы не возникало ничего нового. Что значит не мешает? Взвился маг.
А искры, которые выключены из дальнейшего развития? Среди них есть и такие яркие, которыми нельзя бросаться! Его взгляд внезапно столкнулся с прозрачно голубым, ничего не выражающим взглядом императрицы. Незачем так горячиться.
Если люди могли упрятать своих ближних в ад, то они могут и извлечь их оттуда. Искра сможет покинуть это место, если хотя бы один человек вне ада искренне поверит, что она покинула его. Это следует из тех же самых правил, о которых упоминал ты, маг. Да, действительно, нервно выдохнул он.
Какая замечательная мысль! Обрадованно подхватила жрица. Признаться, мне было жутко думать, что эти бедняжки останутся там до конца пробуждения. Я обязательно введу в учение возможность их выхода из ада.
Мы не можем выпустить эту вселенскую чуму в проявленное мироздание! Ее необходимо пресечь! Маг хмыкнул про себя, услышав, что император взял для сравнения одну из человеческих болезней в тонких мирах не было ничего подходящего для подобных сравнений. Однако смеяться было нечему. Старший из властей был настроен решительно, а решительность императора не имела ничего общего с легко вспыхивающим и проходящим гневом. За ней стоял холодный расчет.
Следовательно, люди были приговорены к тупости и невежеству. Я не согласен! Заявил он. Люди очень разные, нельзя выносить им всем один и тот же приговор! Это приговор не отдельным людям, удостоил его ответом император. Это приговор человечеству. Гелас правильно сказал творчество людей бывает очень разным, лихорадочно заговорил маг.
