И на каждом бычке будет стоять клеймо хокинса. Анастасия с сомнением покачала головой, хотя в глубине души уже начала ему верить, настолько убежденно он говорил.
Но тогда будет уже поздно, слишком поздно, продолжил хок. Конечно, след до конца не заметешь. Правильнее будет сказать, что мы его переделаем, потому что ни латимер, ни его люди не умеют читать следы так, как это делает любой индеец. Анастасия молча кивнула, не зная, что и сказать.
Вот чем мы займемся в ближайшие несколько часов, удовлетворенно заключил хок. Не отходи от меня ни на шаг, и тогда все будет в порядке. Конечно, хок, вот только. Потом поговорим, перебил ее хок и завершил разговор, поскакав вдоль стада. Приближалось место поворота.
Поднятая пыль мешала анастасии разглядеть, что делается позади, поэтому она сосредоточилась на том, чтобы не отстать от хока и помогать ему по мере сил вести бычков к тайному каньону. Время шло, и анастасия начала привыкать к тому, что едет бок о бок с бычками. Волнение мало помалу оставило ее.
Она и раньше знала, что труд погонщика скота тяжел, однако не жалела, что ввязалась в это дело, оно того стоило. Она бросила взгляд на хока. Он, как всегда, с удивительной легкостью управлялся со своим мустангом, как бы сливаясь с ним в одно существо, однако вид у него сегодня был вовсе не ковбоя, к которому она привыкла. Это был индеец воин, совсем незнакомый мужчина, и находиться рядом с ним ей было весьма неуютно, особенно после того как он на нее разозлился.
Стадо задвигалось быстрее, почуяв впереди воду. Хок обернулся к анастасии. На его губах играла торжествующая улыбка. Каньон постепенно расширялся, и они оказались в маленькой долине, густо заросшей травой.
Здесь даже росло несколько небольших деревьев. Хок натянул поводья и отъехал в сторону от стада. Анастасия последовала за ним. Скот теперь сам доберется до травы и воды, благо и того и другого здесь было вдоволь.
