Вынужденный уход творца часто сопровождался душевной раной, не заживающей в течение нескольких дней единого. Мало кто из перенесших такое несчастье оставался прежним, обычно они воплощались другими, не похожими на себя. Не оставайся. Тебя никто не заставляет.
Но как же… ее глаза широко раскрылись. Но как же люди? Как же я брошу их? Тогда оставайся. Ты опять путаешь меня! Вцепившиеся в мага ладошки сердито встряхнули его. Я спрашиваю тебя, что мне делать, а ты смеешься надо мной! На лице мага действительно появилась невольная улыбка. Необидная, сочувствующая.
Его пальцы поправили волосы на ее лбу, а затем медленно заскользили вниз по щеке. Щекотно, заулыбалась она в ответ. Ну почему ты ничего не отвечаешь мне? А что я могу решить за тебя? Кто лучше тебя знает, что тебе делать? Нерея сознавала, что он прав, но ей не хотелось такой правоты. Ей хотелось, чтобы он сделал выбор за нее, и успокоиться его решением. Тогда она приняла бы все, что за этим последует, потому что так решил он.
Я сделаю так, как ты скажешь. Это была просьба о покровительстве. Однако этот упрямец не хотел брать на себя ни капли ответственности.
Он смягчил отказ ласковой улыбкой. Противный! Она оттолкнула его от себя.
Гадкий мальчишка… маг склонил голову набок, его глаза искрились лукавством. Ты просто невыносим! Неужели? Нерея вдруг испугалась, что он сейчас исчезнет.
Хочешь, я помогу тебе выбрать? Вдруг спросил он. Она обрадованно кивнула. Представь себе медленно, не спеша, как ты будешь чувствовать себя, если бросишь свою работу, сказал ей маг. А затем представь себе свои чувства, если ты останешься.
