Освобожденных из лагеря военнопленных четырех офицеров, трех врачей и колю петрова они благополучно доставили в штаб партизан. Ребята принесли из леса несколько автоматов, много литературы. Прибыла и долгожданная радиостанция, но я получил горестное известие андрей кушенко, которого я просил себе в радисты, погиб.
Погиб случайно и глупо. Было темно, кущенко не успел отбежать, и при посадке самолет задел его.
Вместо андрея из краснодара прислали радистку, комсомолку шуру бортникову. Увидев ее, я был поражен в гимнастерке, в юбке военного образца, в сапогах, в ватнике и ушанке, только красной ленточки на шапке нехватает.
У нее были всего навсего личный паспорт, выданный в николаеве, с последней пропиской николаевской милиции от года. Сама шура к работе в подполье была совершенно не подготовлена, не знала даже, как в наших условиях пользоваться рацией. Шуру нужно было немедленно переодеть и приготовить для нее необходимые документы. Придя как то к ним, я, грешным делом, заподозрил, что у них начинается нечто вроде романа, и на всякий случай велел пока перевести шуру на одну из конспиративных квартир. Шура пропала! Можно представить себе, как мы испугались. Я пришел к ней возмущенный до последней степени сударыня! Вы что же, сюда приехали по гостям ходить? Она обиделась на меня.
Что же мне, так и сидеть взаперти? Я пригрозил завтра же отправить ее в лес, долго отчитывал, объясняя ей наши условия. Шура поняла, расплакалась. Помещение для радиостанции я подыскал сам. Он охотно согласился поместить рацию себя.
В подземелье она спускалась только для работы и во время обысков и облав. Никаких происшествий с ней больше не случалось.
Шура стала хорошей, дисциплинированной подпольщицей. Свою квартиру у анны трофимовны я тщательно оберегал. Все шло хорошо, и наш дом не привлекал внимания полиции.
