Взгляд ее был страшен. На спине, прикрученный веревкой, висел замерзший ребенок лет двух. Симферопольцы выносили одежду, продукты и совали в руки пленным.
Немцы пытались разгонять толпу, били прикладами, угрожали автоматами, но никто не уходил. Вдруг какая то женщина схватила грудного ребенка, протянутого ей арестованной матерью, и скрылась в толпе. Сразу потянулись еще руки, и еще несколько детей очутилось на свободе. Так возникло массовое движение симферопольских женщин по спасению детей, захваченных в лесу. Несмотря на угрозы немецких патрулей, советские женщины подбирались к концлагерям, и находившиеся под открытым небом арестованные матери через проволочные заграждения подавали им своих детишек.
Немцы сортировали захваченных людей. Кто попадал в гестапо, исчезал навсегда, и дети оставались беспризорными. Симферопольские патриотки смело шли в полицию и старались получить на воспитание этих осиротевших детей.
Враг сконцентрировал большие силы и много техники. Бои были очень жестокие и упорные, но уничтожить нас невозможно народ дрался с ожесточением, героически. Убито тысяча двести гитлеровцев в лесу, а сколько они повезли отсюда раненых! Павел романович просил меня дать подробную информацию о военных и политических событиях в крыму и о нашей работе за это время.
Таким образом, связь с лесом снова наладилась, и со следующей очередной почтой мы послали в лес материалы по всем вопросам, интересующим подпольный центр. Во время прочеса леса горком продолжал свою обычную работу. Два года пытаются немцы покорить наш народ. Пытались унизить его до положения рабов, подкупить обещаниями.
И вот немец, когда то хвастливый, самоуверенный, наглый, а теперь думающий только о спасении собственной шкуры, начинает мстить, мстить за свои рухнувшие планы захвата россии, за свое бессилье, за свои страх. Он палит наши деревни, творит зверства над населением. Карательный отряд уничтожил деревню нижние саблы. Гитлеровцы схватили группу женщин, заперли их в амбаре и сожгли живьем. В деревне фриденталь немцы сожгли все дома, расстреляли тридцать пять человек.
Спалены деревни тавель, нейзац, ивановка, толбан и другие. Товарищи! Можно ли забыть это? Пепелища деревень, сотни расстрелянных и сожженных людей зовут тебя к мести. Запомни то, что постигло эти деревни, их население, ждет и тебя, если ты будешь сидеть сложа руки. Немцы чувствуют, что их гибель близка, и, погибая, они стремятся сделать людям как можно больше зла.
